Хранилище неугодных портретов

[Лайв Хогвартс]

- Близок, - почти ласково произнес Руквуд и чуть наклонил голову, будто признавал удачный ход в шахматной партии. - Достаточно близок, чтобы остальные сейчас начали спорить о формулировках.
- Потому что формулировка неверна, - сухо отрезал Блэкхолл.
Из-под ткани донёсся голос Нотта:
- О, не будьте так жестоки, Эдвин. Мальчик почти дошёл до «двери». Просто принял дверной молоток за ручку.
Руквуд посмотрел на Чарльза с той же спокойной внимательностью.
- «Не справился со временем» - хорошая фраза для тех, кто хочет пожалеть Дамблдора. «Переоценил себя» - хорошая фраза для тех, кто всё ещё оставляет ему пьедестал, только с трещиной.
Старик в высокой шляпе заметил:
- Про пустую раму ты сказал верно. Она была предназначена для него.

[Чарльз Уильямс]

Складывалось ощущение, будто сейчас он снова оказался в том сне, где голос просил назвать ошибку - тот "пароль", без которого дальше сдвинуться ему не дадут. Но даже если он сейчас и произнесёт то, что от него ждут портреты, то какова ценность будет того, что он получит в итоге? Сможет ли он обменять находку на ту жизнь, которая была до ликантропии? Или что вообще сможет предложить слизеринцу Грин за выполнение его просьбы?
- Хорошо, - произнёс он тихо, скорее для себя, чем для портретов. - Тогда я переформулирую.
Повернулся к Руквуду. Кажется, тот только и ждал момента, когда он перестанет искать красивые формулировки и начнёт искать точные.
- Дело в том, что профессор Дамблдор не смог принять то, что уже произошло. Ведь он, насколько я понимаю, пытался "переиграть" один и тот же момент, изменить исход, которого не хотел принимать. Тогда временная ловушка может быть не причиной, а следствием. Следствием того, что он снова и снова возвращался туда, куда возвращаться было нельзя.
Перевёл взгляд на Блэкхолла, продолжив.
- И если после этого он спрятал вещь от самого себя, значит, он боялся не просто повреждённого разума. Он боялся человека, который готов продолжать возвращаться и пытаться исправить случившееся любой ценой. Верна ли эта формулировка?

[Лайв Хогвартс]

-Верна, - первым произнес Руквуд.
Но тут же вклинился Блэкхолл:
- Недостаточно верна.
- Разумеется, Эдвин, недостаточно, - с лёгкой улыбкой согласился Руквуд.
Валлийская дама заметила:
- Ты слишком быстро стал щедрым.
- Напротив, - парировал Руквуд. – Я ещё даже не начинал.
Из-под ткани донёсся голос Нотта:
- Вот теперь беседа, кажется, становится приличной.
Руквуд чуть подался вперёд.
- Вы близко, мистер Чарльз. Достаточно близко, чтобы я мог сэкономить вам часть ночи.
Блэкхолл постучал пальцами по раме.
- А ну не торгуй здесь!
- Здесь все торгуют, Эдвин. Одни - воспоминаниями, другие - виной, третьи - видом собственной добродетели. Я хотя бы честен в жанре.
Криспин выглянул из-за шторы.
- А что ты продаешь?
- Короткую дорогу, - ответил Руквуд, не сводя взгляда с Чарльза. - И, возможно, единственную достаточно точную формулировку, чтобы пустая рама сочла вас не очередным любопытным мальчиком с палочкой, а человеком, которому можно отдать чужое сожаление.
Он сделал паузу, а потом продолжил:
- Мне нужна небольшая услуга. Вы хотите, чтобы рама ответила. Я хочу снова слышать живой замок, а не храп Криспина и правовые заключения Блэкхолла.

[Чарльз Уильямс]

Забавно, что никто, кроме Руквуда, не додумался пойти на сделку, чтобы вернуться на своё место в замке. Значит, остальным было вполне комфортно находиться в изоляции? Или у них была просто особая цель пребывания здесь?
В любом случае идея договориться с Руквудом была намного лучше, чем до утра подбирать более точные формулировки, нужные для разгадывания загадки.
- Сделки обычно начинаются не с обещаний, а с условий.
Сделал короткую паузу, давая возможность портрету осознать, что договариваться с ним не то же самое, что договариваться с первокурсником, которого легко обвести вокруг пальца.
- Я могу вас вернуть к остальным портретам, которые висят в замке только при условии, что никому из учеников, преподавателей или иным обитателям Хогвартса, как и самому замку, это не навредит. Вы же именно возвращение подразумеваете под "небольшой услугой"?
Конечно, он не мог вечно контролировать выполнение этого условия, и поэтому рассчитывал только на добросовестность портрета. Дал обещание - выполни.
- Это первое. Второе: взамен вы обещаете не какую-нибудь красивую историю и не очередную загадку, а действительно точную формулировку, которая позволит раме ответить. И кроме этого, я хочу получить объяснение того, как вообще работает рама и что я получу в результате взаимодействия с ней.
Помедлил, прежде чем добавить последнее условие.
- И, наконец, третье. Вы гарантируете результат. Это означает, что если та информация, которую вы предложите, окажется неверной, то вы возвращаетесь обратно. И да, если я выполню свою часть сделки, вы не станете менять условия после этого. Вот на таких условиях я готов договариваться. Вопросы, возражения, предложения или, быть может, пожелания будут?

[Лайв Хогвартс]

Руквуд слушал и не перебивал. И все остальные портреты тоже притихли.
Первым прокомментировал слова слизеринца Нотт:
- А он умеет читать мелкий шрифт.
Затем уже заговорил Руквуд:
- Итак, первое: да, под небольшой услугой я подразумеваю возвращение моего портрета в открытую часть замка. Не обязательно «к остальным», если это вызовет лишние вопросы. Коридор, лестничная площадка, пустующая классная комната, боковой проход у библиотеки. Я не требую почетного положения, я же не Нотт.
Из-под ткани возмущенно кашлянули, а Руквуд продолжил:
- Условие о ненанесении вреда ученикам, преподавателям, обитателям Хогвартса и самому замку звучит красиво. Но магия не любит красивых слов, если они слишком широки. Что считать вредом? Разозлить какого-нибудь профессора? Испортить чью-нибудь репутацию? Услышать правду? Или тайну, которая перестала быть тайной? Предлагаю такое уточнение: я не стану посредством своего возвращения на открытую стену прямо причинять физический вред ученикам, преподавателям, обитателям Хогвартса или самому замку. Не стану подстрекать к убийству, нападению или разрушению школьной защиты. Этого достаточно?
Криспин уточнил громким шепотом:
- А шпионить можно?
Руквуд заметил, не оборачиваясь к мальчику:
- Слушать замок не преступление. Иначе половину портретов в школе следовало бы сжечь. Второе: взамен я дам точную формулировку. Не притчу и не нравоучение для человека, которому и так пришлось выслушать достаточно нарисованной мудрости на одну ночь. Я объясню, что именно должна услышать пустая рама. Также объясню, что она собой представляет и что вы получите. И третье…
Он помедлил с продолжением, как будто мысленно взвешивал формулировку.
- Я могу гарантировать, что предоставлю сведения, которые считаю точными и достаточными для получения спрятанного. Но я не могу гарантировать, что вы, мистер Чарльз, произнесете все без искажения, и что рама сочтет ваше намерение приемлемым… Давайте так: если сведения окажутся ложными по моей вине, я возвращаюсь сюда. Если же они окажутся верными, но будут неверно использованы, сделка считается исполненной. Что до изменения условий после сделки - я не стану требовать большего. Это же не переговоры с Министерством.
Блэкхолл нарушил свое молчание, напомнив:
- Остается форма обязательства.
- Именно. – согласился Руквуд. – Мы не будем рассчитывать на одну только добросовестность – это было бы глупо.
Криспин снова влез:
- Значит, будет клятва?
Руквуд подтвердил, продолжая, однако, делать вид, что не замечает мальчика:
- Небольшая магическая клятва - без крови и без вечных проклятий на потомков. Вы обязуетесь после получения от меня сведений и проверки их перенести мой портрет в открытую часть Хогвартса, не сообщая никому об этом ни до, ни во время, ни после. Я обязуюсь дать вам точную формулировку и объяснение рамы, а в случае намеренно ложных сведений принять возвращение сюда.
Давно молчавшая Аббатиса тихо предупредила:
- Он просит не свободу. Он просит уши.
Руквуд обернулся в ее сторону.
- Я прошу стену, на которой не умирают от скуки. И еще небольшие пожелания: не ставить меня рядом с туалетом, портретом рыцаря-дуэлянта или кем-либо, кто поет после полуночи.

[Чарльз Уильямс]

Вот и почему Руквуд сам не мог выбрать новое место жительства своего портрета? Впрочем, много вариантов, где портрет хорошо бы вписался, не было. На ум почему-то приходили только стены возле волшебных лестниц. Там портрет Руквуда мог легко слиться с другими и затиряться.
Неопределённо качнул головой. Казалось, что чем больше условия конкретизировались, тем больше у Руквуда развязывались руки. А ведь слизеринец не может перечислить все возможные варианты нанесения вреда. Поэтому оставалось согласиться с предложенным вариантом.
- С этим уточнением я согласен. Раздражение, сплетни или чьё-то уязвлённое самолюбие - не то, что я имел в виду.
Кивнул. А потом ещё раз кивнул, молча соглашаясь с двумя другими условиями. Но вот форма обязательства его смутила. Прошлое такое магическое обязательство закончилось тем, что он стал рабом какого-то сумасшедшего. А теперь он вынужден заключать новую магическую договорённость, чтобы попытаться отменить прошлую. Как иронично.
- Непреложный обет? - уточнил на счёт клятвы.
Или какую другую магическую клятву могли предложить ему портреты? Да и работает ли такого вида магия с портретами вообще? Кажется, он не попал ни на один из уроков, где это бы объясняли...
- Да, но вынужден вас предупредить, что по Непреложному обету у меня занятий не было, - нашёл время, чтобы пожаловаться портретам на текущий уровень преподавания чар в школе. - Поэтому я не знаю, как такое наколдовать.
Ну а вдруг у него сейчас получится наныть какой-нибудь мини-урок по Непреложному обету, которого в своё время у него не было?
- Но вы можете меня научить. Я очень даже за.
Конечно, он понимал, на что намекала Аббатиса. И он был даже согласен с ней. Но и поддержать не мог.
- Не вижу никаких проблем в том, что мистер Руквуд сможет взаимодействовать с остальными. Он согласился на достаточно жёсткие ограничения, касающиеся причинения вреда замку и его обитателям.
Точнее, Руквуд пообещал не делать ничего очень плохого, а вот что-то плохое он сделать всё равно мог. Но продумывать все возможные варианты того, что мог натворить один несчастный портрет, слизеринец не хотел, ведь были проблемы и посерьёзнее.
- Хорошо, давайте побыстрее разберёмся с клятвами, и я сразу же перевешу портрет мистера Руквуда в другое место в замке.

[Лайв Хогвартс]

- Непреложный обет? - переспросил Руквуд. - Нет, для Непреложного обета нужны живые участники. Плоть, кровь, воля, свидетель, палочка.
Из-под ткани донесся голос Нотта:
- Жаль. Я уже надеялся на образовательную катастрофу.
Руквуд продолжил:
- Однако магия клятвы не исчерпывается Непреложным обетом. Есть более простые и менее драматичные формы. Клятва именем собственной магии. Она не убивает за нарушение, не обвивает руки огнем и не требует третьего участника.
А когда Чарльз заговорил об обучении, Руквуд на мгновение склонил голову.
- О, я охотно расскажу вам теорию Непреложного обета. Позднее. В обмен на что-нибудь менее рискованное, чем перенос моего портрета через половину замка. Но предупрежу сразу: проверить, как это работает на практике, можно только с живыми добровольцами.
- Чудесная педагогика, - пробормотал Нотт.
- Вы бы предпочли научить юношу сами? – уточнил Руквуд.
- Я предпочел бы, чтобы меня подняли с пола.
Руквуд поднял руку, возвращая разговор к делу.
- Итак. Клятва будет словесной. Вы произнесете ее сами. Я могу дать формулировку частями, чтобы вы повторяли следом. Она длинная, потому что хорошие сделки, мистер Чарльз, редко помещаются в одну красивую фразу.
Он выдержал короткую паузу, после чего продолжил – медленно, отчетливо и с расстановкой, чтобы слизеринец успел повторять следом:
- Начало такое: я, Чарльз Уильямс, клянусь магией, что после получения от портрета Октавия Руквуда сведений касательно точной формулировки запроса для пустой рамы и объяснения касательно самой рамы, а также после проверки указанного запроса, я перенесу помогший мне портрет Октавия Руквуда в открытую часть Хогвартса и сделаю это, не сообщая никому об этом ни до переноса, ни во время переноса, ни после него.

[Чарльз Уильямс]

Непреложный обет казался намного серьёзнее, чем то, что предлагал портрет. Или нет?
- Подождите. Что означает "именем собственной магии"? Что если что-то пойдёт не так, я лишусь своей магии?
Нет, ну в таком случае уж лучше смерть. Потому что как можно жить без магии? Как магглы? Он такую жизнь не представлял.
В любом случае, он не собирался нарушать условия сделки, поэтому ему ничего не угрожало.
И даже обрадовался, когда Руквуд согласился его учить. Да, за соответствующую плату, но учитывая, что знания бесценны, плата казалась символической.
- Договорились, - отложил в памяти то, что он записался на мини-урок к Руквуду.
Покосился на портрет под тканью.
- А я бы предпочёл вас оставить на полу, мистер Нотт. Знаете в чём отличие вашего желания от моего? Вы можете только желать, а я - и желать, и выполнять желаемое.
Впрочем, быстро пришёл к выводу, что даже если портрет Нотта однажды сгорит, сам Нотт нравственнее от этого не станет. Поэтому пусть портрет стоит на месте. Вдруг когда-нибудь он переосмыслит что-то.
Но вскоре вернул внимание Руквуду. Внимательно выслушал его инструкцию, а затем принялся повторять следом за портретом.
- Я, Чарльз Уильямс, клянусь магией, что после получения от портрета Октавия Руквуда сведений касательно точной формулировки запроса для пустой рамы и объяснения касательно самой рамы, а также после проверки указанного запроса, я перенесу помогший мне портрет Октавия Руквуда в открытую часть Хогвартса и сделаю это, не сообщая никому об этом ни до переноса, ни во время переноса, ни после него.
Повторив последние слова, на несколько секунд замолчал. Невольно посмотрел сначала на собственные руки, потом на палочку, затем - на портрет Руквуда. Что-то изменилось?

[Лайв Хогвартс]

На вопрос о магии Руквуд ответил еще до того, как Чарльз начал повторять клятву:
- Нет. Лишиться напрочь магии от такой клятвы нельзя. Но она начнет относиться к вам с тем же уважением, с каким вы отнеслись к собственному слову.
А когда слизеринец закончил с клятвой, ничего зрелищного не произошло.
Криспин разочарованно протянул:
- И всееее?
Блэкхолл констатировал:
- Клятва принята.
- Благодарю за протокольное сопровождение, Эдвин. - Руквуд выпрямился в своей раме. - Теперь моя часть, слушайте внимательно, мистер Чарльз. Пустая рама предназначалась для портрета Дамблдора, но его так и не нарисовали. Он сам решил перенести ее сюда, а затем использовал свою связь с ней, чтобы спрятать то, что хотел. А вот как звучит формулировка: ошибка Альбуса Дамблдора была в том, что он решил, будто его боль и его желание исправить прошлое дают ему право распоряжаться настоящим Хогвартса и жизнями тех, кто не давал ему такого права.
В коридоре стало очень тихо.
Руквуд кивнул в сторону пустой рамы.
- Вот что она ждет. Вы можете повторить слово-слово, если не уверены. Затем переверните раму, и вы найдете то, что ищете.

[Чарльз Уильямс]

О том, что клятва действительно сработала, он понял только по сухому замечанию Блэкхолла. Да и последствий от нарушения клятвы никаких особо не было. А если они и существовали, то были куда тоньше, чем он ожидал.
А затем Руквуд наконец произнёс то, ради чего слизеринец провёл половину ночи среди ворчливых портретов.
Формулировка того самого "пароля" звучала достаточно просто. Он бы спокойно мог дойти до неё сам, но это бы заняло какое-то время: час, ночь или несколько бесполезных кругов по тем же самым рассуждениям. А так Руквуд облегчил ему задачу. Осталось только понять, не соврал ли тот ему.
- Что ж... Тогда сейчас и проверим.
Шагнул к той самой раме. Поднял её обеими руками, а затем повторил слова Руквуда. Благо, формулировка была не слишком длинной, поэтому её удалось запомнить дословно.
- Ошибка Альбуса Дамблдора была в том, что он решил, будто его боль и его желание исправить прошлое дают ему право распоряжаться настоящим Хогвартса и жизнями тех, кто не давал ему такого права, - произнёс так тяжело, будто зачитывал приговор в Визенгамоте. И почему-то казалось, что именно так это и должно было прозвучать.
На мгновение задержал взгляд на холсте, а затем медленно перевернул раму.

[Лайв Хогвартс]

Слова были произнесены. Дерево рамы под пальцами Чарльза стало чуть теплее, а на обратной стороне обнаружился едва заметный край бумаги - настолько плоский и пожелтевший, что его легко было и не заметить.
Если осторожно потянуть, из щели можно вытащить узкий, сложенный вдвое обрывок письма.

«…но там, где древний род сожрал свое именье.
Если Вы спросите моего совета, возьмите с собою такого союзника, кому дом позволит подойти ближе, чем Вам. Не всякий, кто носит зеленое, годится; нужен тот, кто понимает разницу между наследием и ядом, между именем и цепью.
И еще: когда он поможет Вам, я бы настоятельно посоветовал изменить ему память. Не из жестокости. Из милосердия — к нему, к Вам и ко всем».

Сбоку тем же почерком было приписано:
«7 / 1 / 3 / 5 /»
Причем, после «5 /» шла линия отрыва бумаги и, кажется, там должно было помещаться еще одно число?

В коридоре на минуту стало совсем тих. А потом заговорил Руквуд:
- Ну вот, мистер Чарльз. Теперь вы знаете, что я не солгал. А значит, остается ваша половина сделки.

[Чарльз Уильямс]

Край бумаги он заметил не сразу - настолько тонким и выцветшим оказался обрывок. Осторожно подцепил его и медленно вытянул из щели, стараясь не повредить хрупкий лист. Раму поставил на пол. Развернул листок. Пробежал глазами по тексту. Нахмурился.
Это не выглядело как то, что он искал. Ну то есть он, конечно, искал какую-то вещь Дамблдора и он несомненно нашёл что-то от бывшего директора, но какая-то жалкая записка с новой загадкой вряд ли была настолько ценной, чтобы взамен на неё можно было что-то просить у Грина.
Какое-то время просто стоял с письмом в руках, пытаясь связать между собой пустую раму, ошибку Дамблдора, союзника, которого ему ещё нужно найти и совет стереть этому союзнику память. Связывалось как-то плохо.
- Сделка есть сделка. Но позвольте вначале поинтересоваться: вы знали, что именно спрятано в раме, или только то, как заставить её открыться?
Ещё раз взглянул в листок, не зная, с чего бы и начинать. Нужно было и союзника найти, и выяснить про какой же дом идёт речь в письме. Автор письма, наверное, рассчитывал, что читателю будет очевидно, про какой род идёт речь. Но в древних магических родах слизеринец мало что смыслил...
Аккуратно сложил обрывок и убрал его в карман. К этому он вернётся позже.
Снял портрет Руквуда со стены.
- Что ж, господа, рад был познакомиться, но вынужден вас покинуть, - обратился к остальным портретам.
И направился вместе с портретом к волшебным лестницам.
А по пути, чтобы не идти в полной тишине уточнил у Руквуда.
- Вы ведь принадлежите к древнему роду, правда? Тогда у меня есть вопрос не как к портрету, а как к человеку, который, вероятно, неплохо знает историю чистокровных семей. Скажите, не знаете ли вы случайно древний магический род, который потерял своё имение?

[Лайв Хогвартс]

- Я знал, что там лежит бумага, - ответил Руквуд. – Но что именно в ней сказано - нет.
Из-под ткани донёсся голос Нотта:
- Какое редкое признание ограниченной компетентности. Запомним этот вечер.
- Запомните лучше потолок, Каспар, - мягко отозвался Руквуд. - В ближайшее время он, кажется, будет вашим главным собеседником.
Криспин восторженно прыснул, остальные портреты молча проводили Чарльза взглядом.