Школьный Двор

[Лайв Хогвартс]

Портал в прошлое

[Себастиан Снейп]

Ян, так же медленно, напомнил.
- Директора из кабинета директора можно убрать. Отвлечь. Отвести в сторону. Занять разговором. И в этот момент в кабинете директора не будет директора. Понимаешь? Нас трое, один отвлекает, двое ищут книгу. Мы точно справимся!
Понятно, что отвлекать пришлось бы ему или Терезе, потому что на вопрос Хлои "Как пройти в библиотеку?" папа молча зашвырнет ее в камин и отправит домой.
- Спасибо, Терри. Нам нужно действовать быстро. Потому что папа Хлои в ярости страшнее стада мантикор. Я бы тоже мог отвлечь директора, но лучше... Лучше, если это будет девочка. Маленькая девочка, которая просит помощи, скорее отвлечет директора, чем...
Чем сын-лоботряс. Лишь бы только она не сообщила папе, что он - принцесса! Вдруг вот это, про поцелуи, вообще семейный секрет?
- А за меня не переживай, меня уже тут все видели, все знают. Я же на каждой лекции побывал. Кто меня вдруг домой отправит?
Оглянулся, повертелся и быстро нашел нужные окна.
- Нам туда. Хлоя, накинь капюшон. И спрячь лицо за книжкой. Как будто ты студентка-заучка, которую ничего больше в мире не интересует. И потянул девочек в сторону входа в школу.

[Анжелика Гримм]

Пожала плечами, когда Деллана не купилась на эту соленую воду. Или она была недостаточно соленой, что бы перебить то, что было у нее во рту сейчас. Впрочем, и так хорошо. Конфеты пришлось оставить на подоконнике - может кто захочет попробовать, но таскать их с собой у Анжелики желания не было.
Вышла наружу с холла, щурясь от света и...не увидела сразу фонтанчик.
- И где? - пробормотала еле слышно.

[Линдсей Нортон]

Радость Роба была такой заразительной, что Лин невольно поддалась его безумию и тоже какое-то время вполне искренне улыбалась - когда он снова поставил ее на землю, пока они шли к этому кораблю или куда там они шли...
Она даже не знала толком. Просто доверилась робовой руке, позволяя ему быть штурманом, как это было все предыдущие годы - пока они не выяснили, что Роб не имел на это, строго говоря, никакого права.
Но чем дальше они шли, тем меньше в ее настроении оставалось этого веселого задора. Их план, говоря откровенно, походил на домик, построенный из желудей на соплях и энтузиазме. И неизвестных в нем было больше, чем известных.
- Так что... Куда мы идём сначала? - уточнила тихо, когда молчание стало давить.

[Роб Селвин]

Кажется, они почти что пробежали по лестницам и коридорам. И только уже на воздухе фейерверки в его голове стали потише - ровно настолько, чтобы задуматься: а чего это Нильс так ловко все обставил, чтобы они оказались вдвоем? Потому, что решил, что они только испортят разговор со Снейпом? Линдсей обзовет директора сатрапом, он сам в представлении друга теперь мог вообще что угодно ляпнуть... Или Нильс просто хотел, чтобы Линдсей присмотрела за ним? На тот случай, если он попытается сбежать или еще что.
Мысленно хмыкнул. Или Роули просто дал ему возможность извиниться? Да. Это имелось в виду или не это, но извиниться было нужно.
- Давай возьмем метлы, - свернул в сторону чулана. - Попробуем рассмотреть корабль поближе. Кстати... кстати, знаешь анекдот про Снейпа?
И не дожидаясь ответа продолжил:
- Приходит еще молодой Снейп-пожиратель к сопротивленцам, проситься к ним перейти. А они такие - ну, не знаем, ты слизеринец, пожиратель, куда тебе в Сопротивление. Снейп их уговаривал-уговаривал, пока Дамблдор не согласился. Говорит: ладно, мы тебя возьмем, но только если выполнишь задание. Вот тебе старые метлы, сделай так, чтобы в следующем сражении пожиратели были на них. И дает ему, значит, самые убитые, старые, растрепанные метлы, которые едва могут от земли оторваться. Мол, че хочешь, Снейп, делай, нас не волнует, но задание выполни! Ну, Снейп крепко призадумался, взял эти метлы и пошел. Возвращается через пару дней - без метел, зато все карманы набиты золотом. И говорит Дамблдору: ну, и товар вы мне всучили! Еле Малфою продал!
Остановился. Анекдот, конечно, это всегда хорошо, но собирался он сказать совсем другое.
- Прости. Я тебя здорово обидел. А ты вообще ничем не заслужила такого отношения. Да, и вообще никто не заслужил. По-свински как-то вышло.

[Линдсей Нортон]

Нервно переступила с ноги на ногу. Ну вот. Пока Роб учил малышей летать, Лин лила слезы, была в депрессии и разбиралась с мертвяками в склепе Нортона. И теперь, когда он предлагает взять метлы... Приходится признаваться в стыдном. Очень стыдном. Как если бы ей пришлось признаться ему в том, что она не может завязать шнурки на собственных ботинках.
- Я... не умею летать... - пробормотала себе под нос, как будто вовсе и не с Робом говорила, а сообщила камням под ногами о своей позорной некомпетентности.
Мораг Селвин, разумеется, не потерпела бы, если бы ее поддельная дочь начала учиться летать дома. А в школе - в школе им было как-то всякий раз не до того. Робу было не до того, чтобы ее научить.
- Но ты можешь, конечно, взять метлу, - предложила поспешно, пока ее бесполезность не стала совсем уж несомненной, - А я пройдусь по берегу и посмотрю, что видно с этого ракурса.
Как будто смотреть с этого ракурса вообще имело смысл!
- Анекдот? - переспросила слегка растерянно. После всего, что между ними произошло, Роб хочет... рассказать ей анекдот?
Но шутка была смешной - вполне можно было улыбнуться.
- Забавно, я в первый раз, кажется, слышу анекдот про Снейпа. Хотя вообще про него же много анекдотов должно ходить.
Замолчала, выслушивая робово извинение и опустила взгляд себе под ноги снова.
Теперь, когда все между ними было уже сказано, когда она понимала, что к чему, становилось совершенно очевидно, что извинение ничего не исправит и ничего не решит.
- Тебе больно от того, что я люблю Нильса, - констатировала просто, не желая приукрашивать действительность, - Я понимаю, Роб. Наверное, на твоем месте я бы тоже бесилась и не понимала, как быть.
Дотронулась до его руки несмелым жестом.
- Тебе придется жить с этим, ты ведь понимаешь? Если у нас все это получится, если... эта конструкция сработает, тебе придется... смириться. Но я не врала там, в кабинете отца.
Сейчас Нортона называть отцом было почему-то легко.
- Я люблю вас обоих.
Любит. Просто по-разному. Но ведь любит же? А нюансы - кому они вообще нужны и интересны?

[Роб Селвин]

Тот факт, что Линдсей не умеет летать, как-то напрочь ускользнул от его внимания.
- Да? Ну… если ты не против, мы можем на одной метле. Школьные крепкие, справятся, - предложил, не зная, согласится ли она.
Может, ей приятнее будет без него на берегу?
Еще и анекдот возымел какой-то совсем тухлый эффект. Может быть, потому что за барной стойкой и под пиво он звучит куда удачнее, чем в таком непростом объяснении с девушкой?
- Ну, да, он вообще…
Почему они продолжают говорить про этого леший-его-за-ногу-Снейпа!
- Популярный персонаж, да.
Хотя, если так подумать, директор был куда более приятной темой, чем то, куда свернула Линдсей.
- Да, ерунда, - отмахнулся, как в детстве, когда она жалела его после неудачного кувырка с дерева или пируэта на детской метле. – Ничего я не бесюсь.
Засунул руки в карманы с деловым видом. Он уже и сам перестал понимать, что его бесит, а что – вдвойне. Это вот сначала было как-то проще – она выбрала другого, можно было злиться и задаваться вопросом – а что с ним-то не так? А потом в эту кучу бед навалилось столько всего еще, что теперь дементор разбери, что там на дне. И осталось ли оно вообще?
- Да, конечно, я смирюсь. Кем бы я был, если бы не уважал твой выбор? И его доверие. Вы – самые близкие мне люди.
Наверное, это же имелось в виду под смирением? Он никогда не станет посягать на то, что принадлежит лучшему другу и пытаться добиться какой-то взаимности. Сейчас или через много-много лет. Ну, и однажды он проснется и сможет посмотреть на этих двоих с совершенно искренней и чистой радостью. Ну, или не сможет. Не зря же все пираты – косматые одноногие и одноглазые одиночки. Море – вот лучшая жена для них. И для него.
- Конечно, я … понимаю, - вздохнул на словах о любви.
Это он тоже понимает – его она любит только как брата. И с учетом того, что никакой он ей не брат, и вообще всей его роли в ее жизни – это было более чем щедро с ее стороны.
- Это много больше, чем я заслуживаю. Обещаю, что не буду воображать себя Тристаном, о великодушная Изольда, - шутливо поклонился.

[Линдсей Нортон]

Лин не сразу поняла, почему она вообще должна быть против. Они как-то так и летали раньше.
Впрочем, теперь ей почему-то хотелось больше... независимости?
- Или ты можешь меня научить, - предложила, - Это же... быстро? Если твои малыши справлялись, то и я как-нибудь уж справлюсь, да?
О Снейпе ей не особенно хотелось говорить. Моргана с ним, со Снейпом, в самом деле. Но и последующие замечания Роба звучали как-то не вдохновляюще. Особенно вот это вот про "уважать ее выбор". Как будто он сильно уважал ее выбор полчаса назад в кабинете отца!
- Тогда ты больше не станешь обманывать? - спросила прямо, глядя ему в глаза.
- Меня и Нильса. Доверие - это такая штука, которая от обмана... немного портится, знаешь ли. Даже если этот обман с благими целями.
Пнула камушек носком туфли. "Понимаю... много больше, чем заслуживаю...".
Ну что за тоска? Почему он совсем, совсем не пытается ей помочь? Не пытался все это время?
- Почему ты отказался поцеловать меня? - спросила вдруг.
- Когда я хотела. Ты отшатнулся от меня. Почему?

[Роб Селвин]

Сразу согласился на предложенный вариант. Полет на одной метле означал бы, что им придется находиться слишком близко друг к другу.
- Да, это не сложно.
И собирался уже снова зашагать в сторону чулана, но разговор был еще не окончен. Далеко не окончен.
Выдержал прямой взгляд Линдсей.
- Правда переоценена, - заметил в ответ. – Я помню, что это важный «столп» Хаффа – правда. Но жизнь сильно сложнее, чем просто «не обманывай и будет тебе счастье», - хмыкнул.
И теперь уже сам продолжал смотреть на бывшую сестру прямо. Доверие?
- От веритасерума, кстати, тоже портится. Даже если это тоже было в благих целях.
Можно было считать, что они квиты? И это новая глава, где никто никому не доверяет, но все равно хочет спасти?
Вот тут они могли бы, наконец, пойти в чертов чулан уже, но – нет. Помедлил с ответом. Отвел взгляд, как будто в небе было сейчас что-то очень интересное.
- Не злись только, - наконец, решил признаться. – Я сразу знал, что мы не поженимся.
Вернул взгляд опять на девочку, чтобы оценить степень возможных последствий и при необходимости – уклониться. Или наоборот – не уклоняться?
- Ты собиралась поцеловать меня, потому что думала, что знаешь, как все будет. Мы поженимся, поцелуемся перед алтарем и потом всю жизнь у тебя будет выбор или не целовать никого, или – я. Такой себе отстой, да? – усмехнулся. – А я знал, что будет иначе. Тебе придется меня отпустить, пережить это, а потом однажды встретить кого-то, кого ты захочешь поцеловать не от безысходности. Я тогда не знал про Нильса. И думал, это будет кто-то… кто-то другой. Но тут и не важно кто. Главное, что тебе не были нужны сомнительные воспоминания о поцелуях с сомнительным покойником. Разве я не прав?
Было еще кое что, конечно. Если бы он поддался тогда – он знал, что может не удержаться и убедить себя, что все не так и плохо, если они поженятся. Вон сколько людей вступали в брак без любви и ничего – со временем они научались ценить и дорожить друг другом, любить, быть счастливыми. Очень заманчиво было пойти по этой кривой дорожке, обманывая и себя, и ее. Но об этом он точно не собирался рассказывать.

[Линдсей Нортон]

- Сложнее, - согласилась, не отводя взгляда от него.
- Но если мы будем врать друг другу, у нас совершенно точно ничего не получится. У нас всех.
А вот после его колких слов о Веритасеруме отвести взгляд и вправду хотелось.
Не отвела.
- У нас не было выбора, - ответила с вызовом, - И нам пришлось применить Веритасерум только потому, что ты врал нам всем в глаза. Иногда лжи так много, что принимать решения, опираясь на нее, становится совершенно невозможно.
Вот как и тогда с поцелуем. Роб сразу знал, что они не поженятся потому, что уже запланировал самоубийство. И подкрепил свой идиотский план дурацким поведением, ложью, еще ложью, еще ложью...
- Ты все решил за меня, - дернула плечом, - Опять.
- Включая мою мотивацию. Я хотела поцеловать тебя, потому что хотела понять... что почувствую. Это ведь ты всегда знаешь заранее, что я должна почувствовать, а у меня такой роскоши нет, - усмешка вышла, пожалуй, слегка болезненной.
- Я хотела посмотреть на тебя не как на брата, а как на... жениха. И когда ты оттолкнул меня, я поняла, что совершенно тебя не привлекаю. Что для тебя я - неудавшаяся сестра и только, и целовать меня ты не можешь. Вот почему я не сразу даже раскусила твою ложь про другую девушку.
Сделала пару шагов к чулану.
- Ладно. Идем. Пора вывести этот корабль на чистую воду.
Каламбур получился неосознанным и не особенно изящным. Как и весь разговор.

[Роб Селвин]

Не согласился:
- Это так не работает. Не бывает такого, чтобы человек всегда говорил правду. Все мы каждый день в чем-то, да привираем. Вопрос в том, чтобы не обманывать с плохим умыслом, понимаешь? Опять же есть умалчивание. Это когда ты не говоришь ничего - и формально не лжешь. Но фактически держишь в секрете от другого человека что-то принципиально важное, - выразительно посмотрел на Линдсей, намекая на ее секреты с Нильсом. Еще тогда, когда они все были чуточку меньше. И с чего все и началось.
Переспросил:
- У вас?
Что-то он не припоминал, чтобы Нильс имел отношение к Веритасеруму. А Нортон был вообще посторонний человек, с которым ему не нужно было ни доверие, ни вообще хоть что.
- Неллс, как ты не видишь - это же одно и то же. Каждый может сказать "у меня не было выбора". У тебя не было выбора, потому что я врал. У меня не было выбора, потому что ты врала Нортону, будто на самом деле хочешь за нас обоих. И возможно я и решаю что-то за тебя, да, но и ты решаешь за меня - а это моя жизнь, Линдсей. И если мы пришли к тому, что мы больше не брат и сестра, и у меня нет прав решать что-либо за тебя, то и у тебя нет никаких прав на меня. А значит ты должна просто принять любое мое решение касающееся моей жизни. И если я выбираю умереть - почему ты не принимаешь это с тем же смирением и уважением, которое требуешь от меня к твоему выбору?
На этом запас умных слов у него закончился - говорить с Линдсей о поцелуях с трезвой головой было сложнее. Тем более, что она была девчонкой, а все девчонки не дружили с логикой. Зато могли вот так вот запросто заявить, что хотели тебя ... попробовать?
- Ну, я так и сказал. Если бы в твоей голове не сидела мысль "мы обязаны пожениться", тебе бы и не пришло в голову выяснять - могу ли я выглядеть не как твой брат. Что, разве ты бы хотела поцеловаться с Нильсом, который просто такой "она мне не нравится, но вдруг"?
Рывком распахнул дверь чулана и подхватил две первые попавшиеся метлы. Держа их в двух руках, предложил Линдсей выбор:
- Какую хочешь? Эту или эту?
Вот, он за нее не решает- теперь она будет довольна?

[Линдсей Нортон]

Посмотрела себе под ноги. Это вот он сейчас к чему? Что она его обманула? Она ему... изменила? Но ведь когда у нее с Нильсом все началось, Роб все еще был для нее официально братом!
- У нас с отцом, - пояснила насчет Веритасерума. В конце концов, Веритасерум-то был его.
Она проигрывала Робу в споре. Роб все поворачивал так, будто она, Лин, во всем виновата, будто это она разрушила их доверие и будто она не имела права не позволить ему распорядиться своей жизнью так безумно и бездарно, как только можно.
- Я надеюсь, что если я в какой-то момент решу умереть, ты не примешь этого со смирением и уважением, - заметила сухо, - Потому что есть непоправимые вещи, Роб. И смерть - самая непоправимая из них. Неудачный брак - это печально, но, если правильно составить контракт, не так уж чтобы непоправимо. Можно развестись, в конце концов. Можно продолжать искать другой выход, пока остаешься в браке. Можно попытаться сделать брак удачным заботой друг о друге. Многие чистокровные наследники женятся едва зная своих невест, да и невесты едва знакомы с женихами и уж точно ничего не решают в вопросе "выходить ли за них замуж". Как отец сказал, так и пошли. И, тем не менее, многие вполне счастливы в браке, если муж оказывается приличным человеком. А в том, что ты - приличный человек, у меня никогда не было сомнений. Твое решение пожертвовать собой никогда не было соразмерным моему решению согласиться на брак. Но еще хуже то, что твое решение нельзя было бы отменить. Поэтому - да, я не хотела и не хочу с этим смиряться, и вряд ли тебе удастся добиться, чтобы я с ним смирилась.
Замолчала, краснея. Никак, никак у нее не получалось объяснить!
- Нильс никогда не был и не считался моим братом. У меня не было... барьера на пути к "он мне нравится", это никогда не было недопустимым, преступным и позорным влечением к родственнику. В твоем случае... Я не могла допускать такой мысли, Роб, очень долго не могла. Даже если иногда я любовалась тобой и думала, как, наверное, повезет твоей будущей избраннице - дальше этой мысли я не позволяла себе зайти. Вот почему... Я хотела дать этим мыслям шанс.
Пожала плечами - метлы выглядели абсолютно одинаково.
- Эту - указала на ту, что была слева. Просто чтобы не думать долго.

[Роб Селвин]

А дальше Линдсей уложила его на лопатки. Не буквально, но вполне себе. Потому что он тоже позволял себе думать, будто брак без любви может быть совсем не так ужасен для нее. И потому что не мог признаться ей вслух, что жизнь не такая уж и ценность, если на другой чаше весов - ее счастье. Наконец, потому что сам ни разу не подумал, что его чувства так уж плохи из-за того, что они были братом и сестрой. А теперь ему хотелось просто отмотать время назад, к тому моменту в коридоре, чтобы все переиграть.
Увы, он уже ничего не мог изменить. Как бы ни хотелось. Все сложилось так, как сложилось.
- Давай лучше будем считать, что у меня не было шансов, - попросил.
Потому что теперь у них был Нильс Роули.
Протянул ей метлу. А ведь он просто хотел извиниться. Хорошенькое вышло извинение, нечего сказать.
- У нас получится, - прибавил сразу и про полет, и про всю их будущую жизнь.
Положил свою метлу рядом с собой.
- Попробуй? - вытянул руку над метлой. - Вверх! - поймал. - Сначала нужен образ для установления контакта – примерно как с животным: либо показать ему, кто здесь главный, либо установить дружеский доверительный контакт. А когда ты убедишь метлу, что она тебя слушается, не хуже, чем вышколенный крылатый пес, тебе надо представить механизм - как она поднимается тебе в руку, за счет чего. Ну, то есть не просто потому, что ты хочешь, а она - любит слушаться. И все - представляешь, как она поднялась в руку, командуешь "Вверх!", ловишь. Единственное - надо чтобы что-то из твоих образов ты потом могла использовать для полета на метле. То есть, если ты представишь нашего домовика, который слушает тебя, а потом он же подаст тебе метлу в руку с земли - у тебя будут сложности с тем, как эти образы привести к полету - домовики ведь не летают. Когда я сдавал полеты, у меня изначально был образ волшебной крылатой собаки. Помнишь, мы читали про таких? Они огромные, сильные и их еще разводят русские.
А еще они мечтали, что обязательно побывают в этой далекой России, посмотрят на этих собак и полетают вместе на них. Нда.
- В общем как-то так. Хочешь моего воображаемого пса? - предложил, как будто образ можно было так же передать, как настоящего летуна.

[Линдсей Нортон]

Едва слышно вздохнула. Роб просто привык сдаваться, видимо. Не бороться, а опускать руки, смиренно принимая то, что ему принесла судьба. Почему? Как вышло, что человек, которого растили будущим главой рода, оказался таким... слабым? Может, это из-за его болезни? Хогвартс при помощи Лин мог снабжать его энергией, но, возможно, где-то болезнь разрушила что-то, что нельзя так просто остановить потоком энергии...
Положила свою метлу тоже на землю.
- А дракон это может быть? А фестрал? - спросила, когда Роб изложил теорию.
Чуть улыбнулась. Крылатые псы когда-то захватили воображение Роба на целую неделю и он всю неделю упрашивал Мораг подарить ему такую собачку.
- Он же твой, - возразила, качнув головой.
- Кто знает, может быть, когда ты будешь свободен от связи с Хогвартсом, ты сможешь отправиться к этим русским и взять у них щенка. Я краем уха слышала, что есть сумасшедшая семья, которая разводит мантикор прямо у себя дома. Крылатые собаки - лучше!

[Роб Селвин]

Уверенно качнул головой.
- Нет, дракон плохо подходит. Их даже заводчики не могут приручить и заставить идеально слушаться. А фестрал…
Задержал вопросительный взгляд на Линдсей, уже не уверенный, что знает о ней самое важное.
- Ты его видела? В смысле не в книге. Если нет, то тоже так себе мысль. Ты ему сунешь тушку кролика, а у него там не морда, а хвост.
Неопределенно хмыкнул. Он сам не заглядывал в свое будущее настолько далеко. Если у них все получится, он будет жить, но что будет дальше?

[Линдсей Нортон]

Качнула головой. Она не видела фестралов. Удивительно, конечно, учитывая, как близко к ее семье постоянно танцевала смерть. К ее бывшей семье. Не ее уже теперь.
- Ладно, - вздохнула. Дракон был бы мощнее, пожалуй, но раз Роб говорит, что не надо... Видимо, это - та ошибка, которую обычно совершают первокурсники, когда учатся летать. Потому что нормальные люди, которые не как Лин, учатся летать именно на первом курсе, а не на шестом.
Но если дракон и фестрал отпадали, оставался пегас. Крылатый конь, не такой суровый и неуправляемый, как гиппогриф, но и не невидимый как фестрал. И пусть он будет маленьким, что ли. Жеребенком. Жеребенка проще приручить - достаточно подойти к нему с сахаром в руке, позволить слизать с ладони сладкий кубик, погладить по мягкому носу. Показать, что ее намерения - чисты, добры и... в общем, что она готова о лошадке заботиться.
А когда лошадка достаточно поверить в ее добрые намерения, можно представить себе, что на голове у нее - упряжь, к которой привязан трос, а к тросу прикреплена метла. Достаточно поднять кубик сахару повыше, чтобы лошадь подняла голову или даже встала на дыбы - и трос поднимет метлу как раз до уровня руки Лин. И она сможет эту метлу поднять.
- Вверх! - скомандовала, не особенно надеясь на успех.

[Лайв Хогвартс]

А если в успех не верить, то никакая магия и не сработает - метла игриво дернулась и осталась в траве.

[Роб Селвин]

Что-то не сработало, но что именно - он не видел, конечно.
- Давай на одной полетим? - предложил, не зная, как надолго они могут тут застрять.
Все-таки, метлы не особенно были женским делом - за редкими исключениями, из которых получались отличные игроки в квиддич. За некоторых он даже активно болел.

[Линдсей Нортон]

Великолепно.
Опустила палочку, ощущая себя самой большой неудачницей на свете. Ну как так? Первокурсники с этим справляются, а она, почти выпускница, не может даже поднять дурацкую метлу в воздух!
- Ладно, - отозвалась унылым тоном.
- Давай на одной. Я научусь. Потом. Просто чтобы сейчас время не тратить.
Теорию Лин теперь знала - она сможет и сама потренироваться. Без Роба, перед которым особенно не хотелось выглядеть ни на что не способной идиоткой.

[Роб Селвин]

- Конечно. Если хочешь - мы потом потренируемся. Я в твоем распоряжении, - предложил.
Быстро вернул не пригодившуюся метлу в чулан и подлетел к Линдсей на другой, опустившись так низко, чтобы ей удобно было сесть.
- Ты можешь держаться за меня.
Возможно, все-таки стоило добить эту несчастную настройку - тогда бы им не пришлось сидеть так близко? А может, Линдсей потому и хотела лететь отдельно, чтобы не с нми? Да, стоило подумать об этом как-то ... как-то раньше.

[Линдсей Нортон]

Лин не смущало расстояние между ними. Он ведь был ее бра...
А, нет, не был. Невозможно было к этому привыкнуть, хотя с момента, когда она узнала об этом обстоятельстве, прошло уже, казалось бы, вполне достаточно времени.
Забралась на метлу позади Роба и, после секундного колебания, обхватила его руками за талию. Они всегда прикасались друг к другу. Это никогда ничего не значило. Ничего из того, что обычно принято подразумевать, когда речь идет о юноше и девушке в возрасте "пора замуж".
И вот теперь все было иначе. Теперь это значило - что-то. Человек, к которому Лин прикасалась, не был ни близнецом ее, ни вообще братом, не выглядел как она, и совершенно точно не воспринимал их положение как невинное родственное объятие.
Кажется, это невольно влияло и на нее. Иначе почему щеки вдруг залила необъяснимая краснота?